Обучение для всех

В самой этимологии слова «университет» заложена идея всеобщего и доступного образования. Однако два самых знаменитых английских университета — Кембриджский и Оксфордский — в середине XVIII столетия стали символом социального эксклюзива и интеллектуальной апатии. В противоположность им в Лондоне — в русле общего процесса демократизации — возникла и была с энтузиазмом подхвачена инициатива всенародного обучения.

В принципе, высшее образование в Лондоне всегда ориентировалось на профессиональную практику. Так, Судебные и Канцелярские инны (в качестве подготовительной ступени) были задуманы как школы для молодых честолюбивых адвокатов: там читались курсы лекций по профилирующим предметам и проводились учебные судебные процессы. В свою очередь, больница Св. Фомы и «Барте», лечебница Св. Варфоломея, играли роль медицинских училищ еще до того, как это учреждение было задумано и поименовано официально. «Тринити-хаус» осуществлял надзор за подготовкой молодых кормчих. Такие организации, как Общество аптекарей, компания писцов, Королевский колледж врачей-терапевтов и хирургов, дополняли деятельность более крупных государственных учреждений. На восточной границе Сити — в Хокстоне, Степни-Грин и на Уэллклоуз-сквер возникли колледжи для подготовки свя-щенников-диссентеров. В Бромлибай-Боу были организованы специальные школы для молодых людей, решивших связать свою жизнь с Ост-Индской компанией. А Гришем-колледж проводил курс обучения — разнообразный, хоть и несколько бессистемный — для тех, кто вообще желал преуспеть в жизни. В программу входили: астрономия, богословие, геометрия, право, музыка, физика и риторика, «новая дисциплина» той эпохи. Образованный в 1696 году, колледж переживал неизбежные периоды упадка, но тем не менее дожил до наших дней. Сейчас он функционирует в здании Барнебиинн в Холборне.

В 1799 году Бенджамин Томпсон, граф фон Румфорд, основал Королевский институт на Албемарл-стрит для «распространения познания и облегчения широкого введения полезных механических изобретений и усовершенствований, а также обучения посредством курсов философских лекций и экспериментов приложению науки к повседневной жизни». Большую поддержку в этом начинании ему оказали тогдашний президент Лондонского Королевского общества сэр Джозеф Бэнкс и ученый-миллионер, убежденный отшельник Генри Кавендиш. Однако первым президентом Королевского института стал Хамфри Дэви, изобретатель рудничного светильника для шахтеров. Майкл Фарадей, выдающийся экспериментатор той эпохи, гений-самоучка, был нанят в качестве помощника Дэви. Именно Фарадей положил начало знаменитым Рождественским лекциям, которые существуют до сих пор и представляют собой наиболее успешное воплощение изначальной идеи популяризации науки.

В 1824 году по инициативе Джорджа Биркбека был организован первый в Англии Механический институт с вечерним отделением, где рабочие могли подкреплять свои трудовые навыки теоретической базой. В дальнейшем выделился постоянно действующий колледж (Биркбек-колледж) от Лондонского университета. Эта инициатива получила широкое распространение в других английских городах: стали возникать учебные заведения, в которых уже немолодые работники повышали свою квалификацию и получали высшее образование в вечерние часы. Любопытно, что в качестве их девиза было выбрано латинское изречение «Consilium in Nocte» («Решение приходит ночью»). Среди выпускников Биркбек-колледжа числятся такие известные люди, как Анни Безант, Рамсей Макдональд и сэр Артур Пинеро. Еще одно заведение подобного рода — основанный в 1854 году Рабочий колледж на Куин-сквер. Его первый директор Фредерик Денисон Морис отказался от должности профессора теологии в Королевском колледже и объявил себя «христианским социалистом». Уильям Моррис и Джон Рескин поддержали начинание Мориса, согласившись читать лекции в его колледже. На символической картине Форда Мэдокса Брауна «Труд» изображены мускулистые рабочие, которые мостят дорогу. За ними наблюдают две задумчивые фигуры — это Томас Карлейль и Ф. Д. Морис.

Немалую известность получил и Тойнби-холл в Восточном Лондоне. Из его стен вышел переплетчик Дж. М. Дент, который организовал собственное издательство и выпустил дешевое издание энциклопедии «Эвримен», посвященной трудам классиков. А Томас Окей, занимавшийся в прошлом плетением корзин, стал профессором Кембриджского университета, первым в Англии специалистом по итальянскому языку и культуре. Если двигаться еще дальше на восток, следует упомянуть Народный дворец на Майл-Энд-роуд, открытый в 1887 году лично королевой Викторией — это был год ее золотого юбилея. Интересно, что Уолтер Безант прямо предвосхитил это знаменательное событие в своем романе «Люди всех сортов и условий жизни». Предполагалось, что означенный дворец будет сочетать функции образовательного учреждения и центра культурного досуга. Но как-то так вышло, что со временем о досуге подзабыли, и с 1934 года в здании обосновался Технический колледж Восточного Лондона, который позже был преобразован в Колледж королевы Марии.

Политехнический колледж на Риджент-стрит возник в 1839 году, но ничем особым не прославился. Его второе рождение произошло в 1882 году благодаря усилиям бывшего выпускника Итона, богатого сахарного магната Квентина Хогга, который вложил 100 тыс. фунтов в образовательную программу для молодежи в возрасте 16-22 лет. Хогг не желал закрывать глаза на бедственное положение, в котором находились лондонские подростки по сравнению с их американскими и европейскими сверстниками. Недостаток образования эти молодые люди — зачастую вчерашние провинциалы — компенсировали усиленным посещением пабов и бильярдов, а подчас все оборачивалось еще хуже. Дабы уберечь молодежь от соблазнов большого города и был задуман Политехнический колледж, или «Поли», как его ласково называли в народе. Помимо обучения различным ремеслам и коммерции, он предлагал первоклассные спортивные секции (в том числе фехтовальный клуб). Здесь функционировало дискуссионное общество, выпускался журнал. Молодые люди имели возможность вкладывать деньги в собственный банк и накопленные средства потратить, например, на дешевые туристические поездки или другие достойные цели. Инициатива Хогга оказалась настолько успешной, что в ближайшее десятилетие вновь образованный совет Лондонского графства выделил средства для формирования еще дюжины подобных «Поли» в различных районах города. А первоначальный колледж на Риджент-стрит продолжал функционировать под эгидой престижного Вестминстерского университета. Увы, его основателя ожидала трагическая судьба. Однажды он покинул свой старомодный дом на Кавендиш-сквер и отправился с проверкой в расположенный поблизости колледж, где решил осмотреть вновь отстроенную ванную комнату и погиб, отравившись угарным газом от неисправной газовой колонки.

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *