Дневники Бенджамина Хейдона

Пожалуй, не будет преувеличением сказать, что дневники мистера Хейдона стали самым главным творением его жизни. К несчастью, сам Хейдон видел свое предназначение в том, чтобы писать монументальные холсты на исторические и библейские сюжеты. Близкие друзья отговаривали его создавать большие полотна, указывая, что подобный масштаб работы лишь подчеркивает недостатки художника.

Но куда там! Дневники Хейдона, которые он вел с 1821 года вплоть до самой смерти, рисуют нам образ умного, трудолюбивого, но, к сожалению, катастрофически неудачливого индивидуалиста. Однако он мог быть чрезвычайно остроумным, например когда описывал череду ляпсусов, случившихся на крестинах ребенка его друга Уильяма Хэз-литта. Не менее забавен рассказ о том, как божественная миссис Сара Сиддонс взялась декламировать «Макбета» на званом обеде. Представьте себе собравшуюся в гостиной компанию, где бедные гости вынуждены сидеть над остывшим чаем и нетронутыми пирожными. Один только сэр Томас Аоуренс (известный портретист, между прочим) взялся было за свой тост, да так и замер на месте, убоявшись излишнего хруста.

Недаром Хэзлитт характеризовал Хейдона как самого лучшего в мире рассказчика. К числу прочих друзей Бенджамина относились Вордсворт, Лэм, Ли Хант и в особенности Джон Ките. На свою беду, Хейдон испытал успех ровно в той мере, чтобы продолжать заниматься живописью. В 1820 году он арендовал Египетский зал на Пика-дилли и выставил там свое полотно «Вступление Иисуса Христа в Иерусалим».

Полученная прибыль от входных билетов вдохновила художника, тем более что вслед за этим Георг IV приобрел его «Пародию на выборы» — картину, в сатирическом жанре изображающую узников долговой тюрьмы в Саутуорке, которые развлекаются тем, что инсценируют процедуру выборов в парламент со всеми ее абсурдными деталями.

Однако-далее судьба отвернулась от несчастного Хейдона — его монументальные работы не находили покупателей. «Мой «Суд Соломона» валяется свернутым в рулон на складе в Боро! Мое «Вступление в Иерусалим…» хранится, сложенное пополам, в задней комнате Холборна. Мой «Лазарь» висит в магазине обойщика на Маунт-стрит! А мое «Распятие» — на сеновале в Лиссон-Гроув!» В 1846 году доведенный до отчаяния Хейдон застрелился в доме номер 4 (теперь 12) на Барвуд-плейс. Безутешная вдова осталась с шестью детьми на руках. Голубая мемориальная табличка висит на стене бывшей студии художника по адресу Лиссон-Гроув, 116.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *