Землевладельцы и строители Лондона

С годами Лондон рос и расширялся, ему стало тесно в пределах древних стен. Этот процесс экспансии отразился в наименованиях улиц, запечатлевших фамилии людей, которые владели земельными участками и принимали участие в развитии столицы. Так, область Сент-Джеймс в определенный момент времени была поделена между ближайшими друзьями Карла II, а именно Генри Джермином (отсюда Джермин-стрит), графом Сент-Олбансом и сэром Томасом Бондом (Бонд-стрит), преуспевающим финансистом, который вложил немало средств в застройку Албемарл-стрит и прилегающих к ней районов.

Эта улица была названа в честь герцога Албемарла, к которому перешли земли и большой дворец Эдуарда Хайда, графа Кларендона, после того, как бывший министр впал в немилость у короля. Упо-мянутый Джермин также принимал участие в этой кампании, и в названии Дувр-стрит запечатлен его второй титул — барона Дуврского.

Как известно, Карл II был чрезвычайно энергичным и любвеобильным монархом. Эта его черта (пусть и косвенно) наложила отпечаток на лицо города. Так возникла площадь Фицрой-сквер, названная в честь Генри Фицроя («fils du roi» в переводе с французского означает «сын короля»), отпрыска Карла II от его любовницы Барбары Вилльерс, герцогини Кливлендской. Поблизости от площади проходит улица, увековечившая имя этой женщины — Кливленд-стрит. В возрасте девяти лет Генри Фицроя женили на пятилетней дочери лорда Арлингтона, которой со временем предстояло унаследовать поместье Юстон в Саффолке и имение Тоттнем-Корт, т. е. ту часть Лондона, которая примыкает к современной Фицрой-сквер. В положенное время Генри Фицрою присвоили титулы графа Юстона и герцога Графтона.

Его сын Чарльз, ставший вторым герцогом Граф-тоном, в 1756 году построил нынешнюю Юстон-роуд — тогда она носила название Нью-роуд и действительно являлась в своем роде новшеством: была первой в Лондоне окружной дорогой для доставки скота на Смитфилдский рынок. Дело в том, что обитатели аристократической Оксфорд-стрит и ее фешенебельных окрестностей (Мэйфер и Мэрилебон) не желали осквернять свою жизнь такими низменными реалиями. Второй внук герцога в 1790-х годах нанял Роберта Адама для создания ансамбля Фицрой-сквер.

Блумсбери получил свое название от семейства Блемунд, которое в XIII веке на протяжении нескольких десятилетий владело крупным хозяйством в здешних местах. Представитель этого рода четвертый граф Саутгемптон (отсюда Саут-гемптон-роу) разбил на своих землях Саутгемптон-сквер (нынешняя Блумсбери-сквер). Эта площадь была не первой лондонской площадью (эта честь принадлежит Ковент-Гардену), но первой, закрепившей в своем названии слово «площадь». Известный хроникер Джон Ивлин в 1665 году присутствовал на обеде в особняке Саутгемптон-хаус, возведенном в северной части площади, и восторженно отозвался об ансамбле в целом. По его словам, «это великолепная, величественная площадь — настоящая пъяцца».

Дальнейшие события — женитьба Саутгемптона, обвинения в измене и реабилитация в королевских глазах — привели к тому, что данный участок перешел к семейству Россель, чье имя и титул (герцоги Бедфорд, маркизы Тэвисток) неоднократно встречаются в названиях окрестных улиц. Они не только увековечили собственное имя (тому примером поместье Бедфордшир в Уорборне), но и оказали услугу роду Гауэров, с которым породнились благодаря брачным узам. Аналогичным образом район Белгрейвия, принадлежавший герцогам Вестминстерским, буквально перенасыщен указаниями на их фамилию (Гровнор), титул (Белгрейв), имена (Джеральд, Люпус), наименование поместья (Экклстон) и родового гнезда в сельской местности — Итон-холл в Чешире.

Землевладельцы объединялись в собственные «корпорации» по примеру аристократов. Колледж Итон выстроил небольшой особняк с тем же именем в Сент-Джонс-Вуд (помните честертоновский Лес Святого Иоанна?). Вскоре поблизости выросла Оппиданс-роуд — название, взятое из лексикона итоновских воспитанников. Этим словом обозначали учащихся, которые, в отличие от «колледжеров», предпочитали селиться не в здании колледжа, а на частных квартирах в городе. Наряду с Оппиданс-роуд существовала Провост-роуд (от provost — провост, в некоторых колледжах ректор, в менее благородных заведениях попросту директор).

В столице имеется еще по меньшей мере дюжина улиц, связанных названиями с Итоном, откуда вышла половина всех британских премьер-министров. Если немного проехать вдоль Майда-Вейл, то вы попадаете в земли, принадлежащие школе Хэрроу. Эта престижная школа была основана Джоном Лайоном, потому и место называется Лайонс-плейс. На территории Большого Лондона располагаются и другие поместья — Крайстчерч, принадлежавшее церкви Христа, Джизус-колледж Оксфордского университета и аналогично Сент-Джонс-колледж Кембриджского университета.

Как ни странно, Николас Барбон (1640-1698) — отчаянный, чтобы не сказать чудовищный земельный спекулянт, который выстраивал сверхрискованные (для клиентов, естественно) финансовые пирамиды на еще дымившихся после Великого пожара пепелищах, — заметного следа в лондонской географии не оставил. Его именем названа только Барбон-клоуз, грязная, мощенная булыжником улочка, отходящая от Грейт-Ормонд-стрит. По иронии судьбы дома номер 55-57, о которых точно известно, что их строил мэтр Барбон, на протяжении некоторого времени служили штаб-квартирой Общества по защите древних зданий. Да уж, воистину пути Господни неисповедимы…

Список других творений Барбона включает Бедфорд-роу, Девоншир-сквер, Эссекс-стрит, Джерард-стрит и Нью-Корт в Миддл-Темп-ле. Этот господин прекрасно знал, как делать деньги на своих заказчиках, но при случае, если понадобится, умел и ублажить. Так, выгодно перекупив Иорк-хаус у Джорджа Вил-льерса, герцога Бэкингема, он принял решение увековечить имя бывшего владельца в названиях перестроенных улиц. Так появились Джордж-стрит, Вилльерс-стрит, Дьюк-стрит, Бэкингем-стрит и даже Офаллей («Чья-то аллея»), позже, правда, переименованная в Иорк-плейс.

Барбон был не единственным земельным спекулянтом в Лондоне. Другие — более осмотрительные — проворачивали аферы, не столь глобальные по своим масштабам, что, впрочем, не спасало их от неудач. Например, Ричард Фрит, застройщик Фрит-стрит в Сохо, взялся возводить великолепный особняк в южной части Сохо-сквер (Фрит-стрит отходила от самой площади) для герцога Монмута, старшего из незаконных сыновей Карла II. После неудачной попытки Монмута захватить освободившийся после смерти отца трон наследника схватили и казнили. Эта история, сама по себе достаточно печальная, окончилась финансовым крахом для бедняги Фрита, который лишился клиента и надежды возместить расходы на строительство особняка. Мерд-стрит (тоже в Сохо) строилась плотником, который и дал свое имя улице. Он проявил большую предусмотрительность и, чтобы избежать ненужного риска, провел строительство в два этапа. Бейкер-стрит, создание которой началось с 1755 года, стала одной из немногих центральных городских магистралей, названной в честь спекулянта-застройщика.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *