Знаменитости Бромптоновского кладбища

Профессор Николас Певзнер, безусловный авторитет в области архитектурной критики, «самым выдающимся памятником кладбища» назвал гробницу известного судостроителя и мецената Фредерика Лейланда. Создана она была по проекту сэра Эдуарда Берн-Джонса, прославившегося своими цветными витражами и росписями на мифологические темы. Гробница представляет собой «изысканную мраморную раку, выполненную в романском стиле и инкрустированную бронзовыми волютами; усыпальница стоит на невысоких колоннах и увенчана покатой медной крышей с коваными перилами в стиле модерн».

В дюжине ярдов от нее находится еще одна псевдосредневековая гробница на колоннах, она как нельзя более подходит своему хозяину — художнику-прерафаэлиту по имени Валентин Камерон Принсеп. Валентин Принсеп (или попросту Вэл) приходился зятем Фредерику Лейланду и благодаря богатству жены мог позволить себе пописывать пьесы и романы — то и другое с умеренным успехом. Привлекательный, хорошо сложенный Принсеп являлся энтузиастом добровольного ополчения, участником Стрелковой роты художников. Джордж дю Морье, учившийся с ним вместе в Париже, списал с Принсепа своего героя по имени Тэффи в нашумевшем романе (и одноименной пьесе) «Трилби».

Среди писателей, художников, актеров и архитекторов на кладбище попадаются и люди, прославившиеся благодаря физической силе и спортивным талантам. На могиле «Джентльмена» Джона Джексона, боксера, выступавшего без перчаток, водружен угрюмого вида лев. А возле южного входа располагается могила гребца Роберта Кумбса. В качестве памятника на ней стоит каменное весло, задрапированное каменным же блейзером. При весе всего 57 кг Кумбс стал победителем гребных гонок как на Темзе, так и на Тайне. Некоторое время он работал тренером сборной Кембриджского университета. Однако в конце жизни Кумбса ожидали нищета, безвестность и преждевременная смерть в Мэйдстоунском сумасшедшем доме. Перси Ламберт, чья могила увенчана сломанным рулем от автомашины, был первым в мире автомобилистом, который проехал сотню миль за час. Он пообещал невесте после свадьбы бросить гонки, и действительно, заезд в Бруклендсе, где он побил рекорд, стал для него последним.

Имя Джона Уисдена является синонимом крикета или, вернее сказать, синонимом библии для всех любителей крикета. Крошечный легковесный Уисден — недаром его звали «маленьким чудом» — был самым яростным, даже свирепым боулером. В 1850 году, защищая честь Севера против Юга, он умудрился в одной подаче отвоевать все десять мячей у противника — и таким образом совершить подвиг, который не удалось повторить никому из игроков высшей лиги. Во время тура по Америке Уисден поразил шесть воротец шестью мячами. В 1855 году он открыл небольшой магазинчик по продаже сигар и всевозможной амуниции для игры в крикет, который стал настоящей меккой для любителей этой игры. А в 1864 году начал выпускать ежегодный «Альманах».

Первый номер представлял собой весьма эклектичное творение, в котором результаты крикетных матчей сочетались с информацией для нумизматов-любителей и отрывочными сведениями по истории Китая. В следующем году издание уже включало результаты всех матчей высшей лиги предыдущего сезона. В 1867 году Уисден добавил в свое издание биографические данные игроков (даты рождения и смерти), а с 1870 года начал печатать подробные описания матчей. С этого времени «Альманах» превратился в авторитетное справочное издание, и коллекционеры готовы были выложить круглые суммы за его первые номера. Заканчивая рассказ о Бромптонском кладбище, следует отметить: если кто и заслужил честь здесь покоиться, так это сэр Генри Мире, местный бизнесмен, основатель футбольного клуба «Челси», чей стадион едва не поглотил притаившееся за своими стенами кладбище.

На Бромптонском кладбище привлекает внимание огромный надгробный камень с резьбой, которая выглядит так, будто выполнена только вчера. Гранит для надгробия привезен, скорее всего, из Шотландии, и стоила подобная роскошь немалых денег. Впрочем, судя по всему, его хозяева могли себе позволить и не такие траты. Здесь похоронена театральная чета — сэр Сквайр Бэнкрофт (1841-1926) и леди Бэнкрофт, которые, сделав прекрасную карьеру на сцене, переключились на антрепренерскую деятельность. Изысканный, щеголеватый, с неизменным моноклем, Бэнкрофт вполне оправдывал свое импозантное имя — полностью сэр Сквайр Бэнкрофт Бэнкрофт. Он подвизался в основном в салонных комедиях и вышел на пенсию, скопив приличное состояние в 180 тыс. фунтов. После этого он еще сорок один год пожинал плоды своих былых трудов — занимая престижный пост директора Королевской академии драматического искусства и развлекаясь написанием многотомных мемуаров. Могила Бэнкрофта выглядит абсолютно нейтральной, ничто в ней не напоминает о его профессии, если не считать туманной фразы посвящения: «От иллюзий и безвестности к истине».

Если пройти по центральной аллее кладбища в его северный конец, то мы наткнемся на плиту с высеченными на ней словами: «К Твоей милости взываем, упокой душу Тома Фоя, комедианта». Здесь похоронен актер лондонской пантомимы, более известный под прозвищем Йоркширский Парень. Еще один представитель актерской братии — это похороненный на Бромптонском кладбище Уильям Чарльз Джеймс Левин, выступавший под сценическим псевдонимом Весельчак Билл Террисс. Его амплуа был дерзкий и смелый красавец-герой (например, Робин Гуд в одноименной пьесе), и — по остроумному замечанию коллег-актеров — в этом качестве он стал «номером один Адельфи-Террас». Популярность Террисса лишь укрепилась благодаря трагическому концу — он был насмерть заколот сумасшедшим прямо на ступеньках родного театра «Адельфи».

Невозможно пройти мимо могилы, увенчанной каменной фигурой скорбящей женщины. Этот экстравагантный, поистине театральный памятник посвящен сэру Огастесу Генри Глоссопу Харрису, управляющему «Друри-лейн», чей бюст до сих пор стоит перед зданием театра. С надгробия Генри Петтита на нас смотрит усталый человек с грустными глазами, обвислыми усами и таким же уныло обвислым шейным платком. Он являлся автором многочисленных мелодрам с названиями вроде «Женская месть» и умер в сорок пять лет от брюшного тифа. О Брэндоне Томасе как-то сказали, что он мечтал стать великим актером, но прославился всего лишь как автор фарса с названием «Тетка Чарлея». И это правда. Ухоженная, засаженная пылающей геранью могила австрийского тенора Рихарда Таубера до сих пор радует глаз, хотя со дня его смерти прошло более пятидесяти лет. Каждый год в день рождения певца — 16 мая — сюда приходят толпы почитателей его бессмертного таланта.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *